• Объявления

Dvorkin

ЕнЕтовцы
  • Публикации

    1 403
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Days Won

    4

О Dvorkin

  • Звание
    Первый хозяин Вундера
  • День рождения 16.08.1987

Личные данные

  • Пол
    Мужской
  • Из
    Седьмой сектор.

Личная информация

  • Любимое Аниме
    Black Lagoon,NGE,Cowboy Bebop,R.O.D,Cowboy Bebop

Связь с пользователем

  • ICQ
    410623878
  • Вконтакте
    http://vkontakte.ru/id3436965

Посетители профиля

11 465 просмотров профиля
  1. Лошадка и Рог.

    Привет. Меня пробило написать детскую сказку. Ну я и написал. Прошу любить и жаловать"Лошадка и Рог". Лошадка и Рог. В далеком - царстве, далеком государстве. Площадью в три на десять, гектаров жила была Лошадка. Жила поживала да печали не ведала. И не то что бы это было важно но в какой-то момент, лошадка поняла, что живет она одна одинешенька. Ведь король государства забрал всех лошадей в Далекий поход. Ну а Лошадку не взяли из-за того что она не прошла медкомиссию. Видишь ли, в Поход требовались лошади только черного цвета, а Лошадка была бежевой. Из-за этого строгая медкомиссия, следуя правилам, не взяла Лошадку и оставила ее дома. Однако проходили годы, зима, сменялась летом, а лето сменялось осенью, и Лошадка поняла, что скучает по своим друзьям. Азартные игры и ставки на Ипподроме больше не интересовали ее. И вот однажды она увидела Единорогов. Целое стадо от горизонта до горизонта. Жемчужно белые и сверкающие единороги были такими красивыми и такими похожими на лошадей, что Лошадка всей своей душой захотела к ним. Но сделав несколько шагов, застеснялась. Она поняла, что не очень похожа на них. К тому же у нее не было роскошного рога, с помощью которого Единороги ловко пекли яблоки на кострах. Поверь мне, они очень любят печеные яблоки. Да и другие продукты. Термическая обработка вообще штука важная - так что верь единорогам и старайся не кушать сырое. Опустив голову, лошадка отвернулась от сияющего стада и направилась к себе в домик. Попутно думая как бы стать такой же, как единороги. Ну, или хотя бы обзавестись рогом. В домашней библиотеке, которую она собирала, была масса полезной информации, но ничего подходящего. Интернет не работал, волшебное зеркало покрылось патиной, и сигнал не добивал до сервера расположенного в королевском Дворце. И в этот момент Лошадка вспомнила про Сову. В окрестностях Далекого государства Сова была самой мудрой персоной, хоть и была странной личностью, шпионом Туманного Альбиона и практикующим магом. Еще говорили, что она незаконно продает пряники Школьникам - но эта была недостоверная информация, подумала Лошадка и скушала пару пряников. Это придало ей сил, и она направилась к Сове, думая о том, как правильно к ней обращаться: ваше мудрейшество? Ваше святейшество? Ваше умнейшество? Может, поможешь лошадке? Пряники были настолько вкусными и сытными, что Лошадка в мгновение ока достигла жилища Совы. Оно, кстати сказать, тоже было довольно странным. Сова жила на заброшенном погосте. И когда ее спрашивали: зачем жить в столь неподобающем месте. Сова отвечала про спокойных соседей и бесплатный вай-фай. Как и все ночные птицы, Сова занималась тем, чем занимаются все ночные птицы по ночам. Готовила на огромном котле УХУ. А ты думала почему совы по ночам Ухают. Они готовят этот замечательный рыбный бульон богатый белками и микроэлементами. Отблески от костра придавали Сове еще более Мудрый вид и Лошадка вежливо протянула: Ооо ваше мудрейшество!... от чего Сова поперхнулась и возмущенно уставилась на Лошадку своими огромными золотыми глазищами, а затем произнесла на распев: -Это совершенно невыносимо милочка! -Что? - невинно спросила в ответ, Лошадка стараясь не смотреть в сторону котла заполненного рыбой. Которая выглядела очень вкусно и источала еще более вкусный аромат. Лошадка была городской жительницей и в Королевском городе пробовала только консервированную рыбу и никогда до этого не видела, как ее готовят в живую. -Как что милочка? Это?! Все? И многое? Да и вообще?- количество столь неоднозначных слов смутило Лошадку, и она робко протянула: -Да мне бы просто стать такой же, как единороги. И все. -И все? Милочка - переспросила Сова и задумчиво уставилась на уху, помешала ее половником, попробовал, добавила горсть медовых пряников для вкуса. Снова помешала, в то время как Лошадка заметила, что правое крыло Совы украшает татуировка: с телефонным номером 777 и надписью Белоснежка и Ко, добыча золота, минералов, необогащенной руды, лазерного оружия, кладов, меда и поимка мумии-троллей. Золотые как два маленьких солнца глаза Совы уставились на Лошадку, и она произнесла: -Я не занимаюсь фокусами милочка. Но знаю тех кто тебе может помочь. Ты отправишься в Фейляндию. Не путай с Финляндией! И в Фейляндии встретишься в Феями. Они известные на все Королевства Садоводы – Алхимики. Они могут помочь тебе стать Единорожкой. -Спасибо ваше мудрейшество! – вежливо поклонилась Лошадка, а Сова снова поперхнувшись, возмущенно посмотрела на нее и протянула: -Давай-ка есть Уху милочка. Надеюсь, ты любишь пряники? Проснувшись утром, Лошадка решила отправиться в Фейляндию, для этого ей нужно было сориентироваться по сторонам света. Запомни там, где Солнышко ВОСходит находиться ВОСток, а там где оно ЗАходит располагается ЗАпад. Фейляндия находилась на востоке, так что Лошадка двинулась в сторону восходящего солнца. По слухам Фейляндия находилась за границей, и были там молочные реки да кисельные берега, а еще говорили, что там везде стоят горшки с золотом. Дескать, феи жуть как любят хранить золото в горшках и греть его на солнце. Лошадка никогда до этого не бывавшая в иных странах через пару часов добралась до моста, ведущего в Фейляндию, и ей пришлось познакомиться с ежиками- таможенниками. Ежики были очень серьезными, и их серьезность подтверждали большие шляпы с золотыми значками. Для того что бы перейти через границу Лошадке пришлось заплатить пошлину - сфотографироваться с ежиками – противотанковыми. Это были очень старые ежи, гордые и молчаливые с большими длинными иглами как у дикобразов И вот оставив пост позади, Лошадка вступила в Фейляндию, страну, где ей должны были помочь стать единорожкой. Вокруг куда ни глянь, простирались зеленые холмы да огороды. В которых росли самые разнообразные овощи да фрукты. Но не было, ни золота. Ни молока, ни кисельных берегов. О чем Лошадка поспешила сообщить блажащей Фее. Фея в своем большом воздушном фиолетовом балахоне цвета свежих фиалок нарезала себе летний салат и смешивала коктейль, когда ее остановил Лошадкин вопрос: -А где ваши молочные реки? -Под нашим ярким солнцем они бы непременно скисли. -Ну а кисельные берега? -Их съели наши крабы и рыбы. -А золото? - на третьем вопросе Фея тяжело вздохнула и, глотнув морковного коктейля, спросила: -Ты ведь не местная, да?- Лошадка утвердительно покачала головой, после чего подошла к Фее, стараясь не наступать на кусты с помидорами и баклажанами. Вблизи Фея оказалась совсем маленькой, просто ее балахон делал ее большой и объемной. У нее был крючковатый нос украшенный золотыми кольцами. -Да я из три девятого царства - Фея с интересом наклонила голову, от чего кольца в ее носу мелодично зазвенели и спросила: -А здесь ты для чего? – Лошадка посмотрела на огороды, простирающиеся до самого горизонта и робко пролепетала: -Я бы хотела стать единорожкой - ответом ей стал громкий смех феи, которая расхохоталась, так что упала со стула и начала кататься по земле: -Ты!? Что?! Умора! Давно меня никто так не веселил! Единорогм?! Лошадь?!- как только она стала хохотать фрукты, и овощи вокруг принялись стремительно расти и становится все больше. Ведь, как известно смех фей позволяет растениям расти и цвести. Отсмеявшись, фея села и вытерев проступившие от смеха слезы, ответила Лошадке: - Сто лет и один год я так не смеялась! Хорошо! Я помогу тебе стать Единорожкой. Но запомни, это будет тяжело. Для того что бы стать кем то другим кроме себя нужно сильно стараться. -Я это умею! Я сильная! - Лошадка утвердительно качнула головой и для уверенности топнула копытами. Фея смерила ее серьезным взглядом, после чего сорвав с ближайшей грядки морковь, повелела: -Я вижу. А теперь наклонись ко мне уж больно ты высокая - Лошадка послушно склонила голову, а Фея пристав к ее лбу морковь произнесла: -Крекс-фекс-термоплекс-мулинекс! Прирастай - прорастай - расцветай! - морковка в мгновение ока превратилась в большой сияющий рог, да такой тяжелый, что лошадка чуть было, не упала, но ее удержал возглас феи: -Ты обещала быть сильной! - расставив ноги в стороны, Лошадка удержалась от падения, а затем гордо выпрямилась. Рог, поймав лучи солнца, засиял, словно чистый алмаз и слегка нагрелся. Похоже на нем прямо сейчас можно было печь яблоки. -Это твоя награда за упорство и желание достичь своей цели. Носи его с честью Лошадка ставшая Единорожкой!
  2. Сифония субботней ночи.+18

    Не найдет, без вариантов.
  3. Сифония субботней ночи.+18

    По ходу никто этого не хотел)) Да вся жизнь порно, куда уж еще ))
  4. А Призрак в качестве хорош, я бы даже сказал что его можно пересматривать.

    1. Pizz@

      Pizz@

      Фильмец? Уже есть на дисках?

    2. Dvorkin

      Dvorkin

      На торрентах бро, на торрентах.

       

  5. Берег.

    Новая рэтро-волна - так называется новая волна в музыкальном направлении, безымянные ди-джеи собирают музыку из 80-х, электронные мелодии из старых фильмов. Колеса нашего автомобиля увязли во влажном песке и по днищу заскрежетали битые ракушки. Конечная, пора на выход. После тысячи километров сидения на одном месте, конечная воспринимается как благословение. Из салона пропахшего нагретым пластиком, бензином и техническим маслом наружу. Ноги погружаются в нетронутый песок. Поверхность, которого застыла в причудливом слепке последнего дождя. Стягиваю с ног ненавистную одежку и пошатываясь бреду к берегу. Песок ласково шелестит по коже, изредка сменяясь мелкими обломками ракушек. Крупные собратья, которых разбросаны по берегу то тут то там. Море отступило, уровень воды упал, а они остались, белое на белом, оранжевое на белом. Острый запах йода и серебристо серый песчаный пляж, тянущийся на сотни километров. Хотя по сути это не пляж, а граница пустыни, не способная двигаться вперед из-за воды. В легендах я слышал пророчество о том, что когда-нибудь пески захватят весь этот мир. Может быть это, правда. Пресное море колышется передо мной словно поле, изумрудное, черное, кобальтовое. Одни говорят оно высохло, другие вещают о том что оно ушло под землю, третьи говорят о том что оно вновь стало полноводным. В этой пустыне полно миражей и неизвестно кто из теоретиков больше прав. Освещая западную часть небо латунное солнце ползет к линии горизонта. К другим странам и берегам, и если у нас здесь закат, где-то на той стороне земного диска рассвет. Ветер швыряет мелкие волны и ветер и безжалостно рвет ветви чертополоха, в глубине залива виднеется ржавый остов рыболовного траулера, превращенный колониями птиц в огромное гнездо. После песка ледяная вода обжигает почище, чем раскаленный металл. Сквозь прозрачную толщину виден широкий пояс из спрессованных ракушек и мелкой гальки прибитой волнением к берегам. Разбег и прыжок, резкий удар по ушам, вкус металла и меди. Пресная, но соленная, дико соленная, дико холодная. По холодному вечернему небу, геометрической линейкой ползет инверсионный след самолета. Еще выше жемчужные ребра тропосферных облаков наблюдающих за полетом МКС. Здесь же стая птиц, встревоженная нашим появлением, взвилась над остовом судна и с печальными криками кружит над нами. Думают, что мы разграбим их гнезда. Может если бы мы были моложе и безумнее, возраст требует покоя. Живые крылья в небе над головой. Морские чайки намного больше чем речные, делаю пару кругов и возвращаюсь на берег. Желтая монета солнца вонзается за горизонт подсвечивая воду изнутри. Свет преломляется в глубине, меня расцветки, то красные то фиолетовые, теория радуги в действии. Ветер ускоряется, море –мираж хочет спать и смотреть сны о том что было и будет. Где-то далеко изумрудная гладь смыкается, и на мгновение ты слышишь еле заметный вздох. День закончился и тебе будет что рассказать на небесах.
  6. Сон в летнюю ночь.

    Вставай! - мысль промелькнула в голове вместе с приближающимся гулом и тут же угасала в окружающем холоде. Пересадочная станция не то место, на которое будет тратить энергию, что бы обогревать. Построенная еще до моего рождения она выполняла лишь функцию защиты от дождя и снега, но не от ночного холода. Кто-нибудь знал, что на открытой ночной равнине в августе температуру опускаться до минусовых значений? Так и есть. Днем ты можешь жарить яичницу на капоте своего автомобиля, ночью можно колоть лед на мелких озерцах. Сквозь стекла заклеенные Комсомольской правдой пробились лучи искусственного света, возможно, это был тот самый поезд, которого мы ждали. Вывалившись из зала пропахшего костром и подрагивая от каждого движения, я вывалился на пустынный перрон. С тем же успехом можно было нырять в бочку с ледяной водой. Тепло выветрилось из спального мешка, в который я кутался, с первой космической скоростью. Искра на горизонте, в который упиралась железнодорожная ветка, стала чуть больше и я что называется, ощутил вибрацию. В дикой местности хочешь ты того или нет чувства становятся острее. Ты лучше видишь, слышишь, различаешь цвета и запахи, пещерные предки ворочаются под черепушкой пробужденные знакомыми ориентирами. То же самое касается вибрации. Помните тот индейский трюк, вставь клинок в землю и услышишь погоню, на это способен каждый вне зависимости от возраста и образования. Искра стала еще больше и по бескрайней равнине тускло черных цветов с проблесками серого разнесся печальный гудок, от которого мне стало еще холоднее. В голове сама собой вспыхнула истории о Поезде призраке которую я рассказывал у костра пару часов назад. Да не, брехня это же чертова городская легенда. При движении каждый поезд издает свой собственный звук, электрички что называется, шипят, ты слышишь шум электрической статики и скольжение стали, электровозы гудят с завываниями впрочем, чего ожидать от этих подвижных трансформаторов. Этот поезд стучал, стучал как тот дьявольский паровоз, о котором я рассказывал. Искра стала ближе, и я осознал, что не могу шагнуть в сторону дверей. Страх, диким коктейлем перемешавшись с любопытством влившись в мышцы ног, заставил их окаменеть. Вот что бывает, если оставаться на ночь в пустующих железнодорожных станциях. Пещерный человек из подсознания постучал изнутри и посоветовал валить, решительно и быстро. Его слова подтвердили сиу, заметившие, что связываться с духами равнин не стоит. Еще один гудок прокатился вокруг меня за искрой, проступили огромные очертания старинного паровоза. Нет, он не был из костей и черепов как в рассказах Кинга просто много металла и теней. Сквозь завитки пара проступила пустующая кабина водителя. Сил что бы шагнуть в сторону не было, так что я просто зажмурился, когда пара сотен тонн чугуна и стали промчались мимо. Последнее что я ясно запомнил – пустая кабинка, освещенная обычной лампочкой. Паровоз заголосил во всю мощь своих скрепленных заклепками легких, и я услышал знакомое:- Вставай!
  7. На тех же путях.

    Это военная тайна епта )От Ташкента на восток в сторону Ахангарана. Совковые урановые шахты как ориентир )
  8. С днем варения!

    Агри, с Днем...да Тем самым )
  9. На тех же путях.

    Утро не встретило нас ясным небом, горы переменчивые существа, словно девушки. Ласковая улыбка синевы погасла, сменившись пепельной грустью. Шансы нарваться на грозу возросли на несколько порядков. Нужно уходить с каменистых вершин, в случае ненастья здесь нет ни какой защиты. Разрывая рифленые подошвы, движемся вперед с черепашьей скоростью, на высоте двадцати километров над нами вспарывает облака серебряный крестик трансконтинентального лайнера. Суперджет или что-то вроде того. Из Москвы в Сидней за 17 часов или что-то вроде того. Утро в горах изменчивое время, из-за хаотического ландшафта, здесь может пойти дождь или начнет палить солнце, или повиснет туман. Вот она Зона отчуждения о которой мечтают юные сталкеры, только без аномалий и артефактов, хотя если задуматься то здесь и того и другого с избытком. Перешагиваю через трещину, внизу на глубине девятого этажа булькает вода. Когда представляю, какая сила понадобилась что бы разорвать цельный камень, волосы на руках встают дыбом. Откуда-то тянет горелой травой. Впервые за все утро Макар подает голос, сезон гроз, пожары за линией горизонта там, где кончаются горы, весьма вероятны. Байка о том, что нужно вырвать вокруг себя всю траву не прокатывает. Пламя выжигает весь кислород при горении, попав в окружение из огня, ты в буквальном смысле задохнешься. Царство мхов и лишайников, дорога закончилась, из под груды старого оползня выглядывают траки старого бульдозера, железо окислилось и оплавилось и практически не отличается от окружающих камней. Даже на ощупь, такая же выщербленная дождем и ветром поверхность, лишь клеймо старого ГОСТа отличает камень от железа. Солнце медленно карабкается к своему полудню, пока мы упорно карабкаемся вперед. К слову об упорной человеческой природе оставляем за спиной обрывки ограждений и вырываемся на волю. Человек был здесь, но затем ушел и вернется еще не скоро. Лишь редкие туристы да вездесущие коровы ходят по местным тропам. Кстати о коровах, это какая-то мистика, ну смотрите нас с детства учили что горные бараны – то бишь архары могут пробираться по самым сложным горным кручам и тропам, не верьте, в горах мы находили коровьи следы везде. То есть абсолютно везде, на любой тропе есть отпечатки их здоровенных копыт. Даже так, где тебе приходится возвращаться к предкам и карабкаться на всех четырех, ты увидишь их следы. Такого проворства не ожидаешь от наших буренок но оно есть. Коровы мутанты мать их. Миндалевые рощи отцвели, но сладкий аромат все еще висит в воздухе, как и гул местных пчел. Где-то неподалеку стоит передвижная пасека или даже две. Среди редкой травы то тут, то там поднимаются алые свечи тюльпанов. Огромные цветы похожие на косушки ловят солнечное излучение, которого стало более чем достаточно. Гроза нас не накроет, пока во всяком случае. Под деревьями то тут то там замечаем первые грибы. А что нормальная добавка к шашлыку, главное не сжечь. За моей спиной в рюкзаке гулко булькает контейнер с мареновым мясом.
  10. На виражах 2

    Страдание, именно это чувство разбудило меня, когда автобус, стеная и дрожа всеми своими оставляющими, остановился. Старое железо, в буквальном смысле излучало боль и усталость. Мы останавливаемся на пустынной автостанции, конечная, дальше пешком. Одни ученые говорят, что у металла нет души, другие уверяют, что с течением времени металл, соприкасаясь с человеком, обретает подобие энергетического поля души. Смотря на старый поникший автобус, смотрящий в утреннею темноту, четырьмя незрячими глазами я почему-то верил во вторую версию. Три после полуночи, час до рассвета. Наши предки, населявшие здешние степи называли это время Часом Быка, время чудовищ и духов, ослепительно холодного воздуха, колючих звезд. И трех неугомонных туристов пробирающихся по разбитому в хлам шоссе, что когда-то вело в горы. Если мы хотим увидеть рассвет, то нужно спешить, если не хотим сломать ноги, то спешить не следует. Двойственность положения как всегда, как и везде. Здесь днем тебя ослепляет количеством света, цветов и запахов, но ночью чувствуется лишь запах воды и ее разновидности. Сырой бетон, сырой асфальт, сырой снег. Шаги разносятся далеко в стороны и отражаются от скал порождая иллюзию того что нас здесь не трое а намного больше. Время чудес и демонов, круг фонаря скользит по дороге вырывая из ночных объятий те или иные образы. Груда камней, зеленые ветки, переплетение теней, старый предупреждающий знак с надписью: радиоактивная опасность. Это рудник, месторождение или могильник, не важно, здесь давно ничего и ни кого нет. Ну а если есть, мы не настолько безумны что бы искать себе такое приключение. Хотя я слышал о любителях подобного экстрима. Небо на востоке становится пепельно-серым, где-то под нашими ногами к журчанию ручья, добавляется переливчатое тявканье шакала. Чем-то похожее на мяуканье. Ему отвечает второй, а чуть дальше третий. Не нападут, сейчас они не голодают, а вот зимой могли бы шугануть. Нужно добраться до вершины перевала, оттуда откроется шикарный вид. Звезды, двигающиеся по своим вечным орбитам, блеклый диск старой луны тонет в горизонте. Говорить нет желания, мы идем и слушаем. Небо постепенно светлеет, и окружающий пейзаж становится все более реальным. Больше подробностей, больше теней и еле заметного движения. Песок, нанесенный на дорогу хрустит под подошвами моих кроссовок и я думаю, что пора бы обновить обувку верой и правдой служившую мне аж три года. Серое становится белым и на мгновение возникает иллюзия того что небо затянуто облаками но потом сквозь призрачную пелену проглядывают светло голубые мазки. После этого звезды теряют свои краски и почтив все как одна бледно-золотые, дешевое золото вместо ночных драгоценностей. Разговоры шакалов сменяет переливчатое пение неизвестной птицы. Соловей? Все может быть. Мы достигли перевала. Ветер колеблет дорожный знак, изогнутый и похожий на немой вопрос. В воздухе весит слабый металлический звук. Чувствуя, как по спине стекают струйки пота, усаживаюсь на ближайший камень. Похож на наждак только еще теплый, ночь не смогла охладить его окончательно. Первые лучи солнца бьют вертикально вверх, похоже, где-то впереди, в километрах или дальше перед нами что-то вроде горной стены. Лучи рассыпаются жемчужно золотым сиянием в стороны и за считанные доли секунды мы покинули ночь. Из личного.
  11. На виражах

    Никогда этого не понимал. Проведя пальцами по ровному, словно стол корешку книги я взглянул на дату выпуска, 83-й. Ее ни читали, ни разу, ну может быть раз. Никогда не понимал, зачем покупать книги и не читать их. Ради пафоса, что ли? За окном скользил промышленный пейзаж пригородов. С обложки на меня насмешливо смотрел Хемингуэй, старый хрыч явно наслаждался своим положением. Выбить себе мозги к концу жизни, ну в какой-то мере это тоже выход. В салоне воняло керосином, а он был хорошим журналистам, мне хватило пары очерков, что бы ощутить себя внутри броневика рвущегося в бой. Может дело в качках на дороге или в вождении нашего водителя, решившего принести нас всех Духам дороги. Хотя если взглянуть на наклейки, покрывающие лобовые стекла, он поклонник Лафкрафта и нас всех ждет встреча с морским народом. На соседних креслах дрыхнут мои спутники, сила керосина одолела их, и по пробуждении их ждет жуткое похмелье. Вот почему я люблю сидеть возле форточек, пусть даже маленьких. Автобус ощутимо тряхнуло, что мы переехали или кого. В автобусе на удивление чистые кресла, ткань пахнет хлором и моющими средствами. Поразительно. Вот что я всегда любил в таких процессах, перемещение из пункта А в пункт Б. Процесс для меня намного увлекательнее достижения цели, потому что цель она и есть цель. Ты что-то получишь и все. Исполнишь мечту, построишь дом, город, прочтешь книгу. Все это законченные действия, за которыми стоит полная неизвестность. А так ты наблюдаешь, сидишь , оцениваешь, анализируешь, запоминаешь или читаешь как это делаю я. Щелкнув по носу старину Хэма я отложил его в сторону, обратив все свое внимание на чужой мир за границами стекла. Стоит только пересечь границу города и ты словно оказываешься в другой стране. Другие слова, другие фразы, другая реакция на события, отличительные жесты, все это накапливается словно снежный шар. Который нельзя игнорировать при всем своем старании. Черт, да я видел, как на развалинах древних городищ близ Байконура солнцепоклонники разводили костры, в то время как на заднем фоне стартовала баллистическая ракета с грузом для МКС. Ступи за границу родного города, и ты в иной реальности. Магнитола водителя подавилась диском и выдав сквозь динамики набор статических звуков завопила шансон. Мысль о самоубийстве появилась сама собой. Где мои чертовы наушники, когда они так нужны. Нет ничего более усыпляющего чем пропитый мужской голос, поющий о просранной жизни и любви. Я это слушать не буду. За коном начались металлические джунгли химического комбината, есть что-то успокаивающее в геометрическом переплетении стальных труб и газопроводов. Может потому что это реальное воплощение архитектурной логики, без хаоса окружающего жизнь. Включаю музыку, прижимаю книгу к груди как это делал в детстве и попытаюсь вспомнить как это – медитировать.
  12. Дэвид играет на флейте,Эдвард играет на флейте..есть в этом во всем нечто зловещее.....

  13. По неизведанным дорожкам 2

    Автобус доисторический монстр катился на нас, на помятом бампере и в изгибе фар читалось явное желание убивать проклятых двуногих. Которые стоят у него на пути. Это же Икарус, вот уже не ждал что такие музеи еще на ходу. Родные красные с белым цвета и зеленые сиденья, повидавшие на своем веку несметное количество пассажиров. С треском расстегивая замки, спускаю на землю рюкзак, после чего под презрительным взглядом водителя запихиваю в багажник, больше похожий на мусорный бак. Откуда столько гордости-то это что лимузин. Истертая резина под ногами мягко пружинить, а сквозь дырки можно рассмотреть внутреннее устройство подвески. Чудеса науки. Быстрее к открытому окну, если память мне не изменяет, как только двигатель стартует в салоне начнется самое интересное. Пары солярки и жара, ты на своей шкуре испытаешь, что такое кататься на пых-мобиле. Слишком мелкие для такого автобуса форточки лишь усугубляют ситуацию. Злорадно взглянув на своих спутников, прижимаюсь лбом к холодному стеклу и прикрываю глаза. Тишина, после рыночного буйства она воспринимается как благословение, за тонкой стеклянной перегородкой двигаются люди, словно актеры в какой-то постановке. Лихорадочный пульс, сопровождающий пребывание в толпе сменяется успокаивающим ритмом. Кровь больше не носится по венам подобно скоростному поезду с гулом и грохотом в ушах. Актеры за стеклом оживляются. Среди них появился кто-то невзрачный в помятой кепочке. Наш рулевой на месте, он снова с нами. Приготовьтесь дамы и господа, космический экспресс на сто километров вглубь неизведанных земель отправляется в путь, напяливаю на голову наушники и включаю басы. Есть что-то возвышенное в моменте отбытия, пусть даже в самом банальном, ты все еще тут, но в то же время не здесь, воображение устанавливает холст и готовит краски. Ключ в зажигание и мотор утробно взывает , вместе с ним взывает мозг в ожидании новых впечатлений и приключений. Диванные Колумбы оторвались от своих насиженных мест, дешевого кофе, дешевых знаний заполонивших сеть, дешевой жизни измеряющееся к количестве фотографии. Мне нравится одна фраза: зачем тебе столько снимать и фотографировать? Ты что мать твою не можешь запомнить!!!Лучший в мире фотоаппарат - видеокамера в твоей голове. Там же чертова безразмерная карта памяти. Ребристые колеса преодолевают первые метры предназначенного пути, в то время как где-то в глубинах сознания кто-то прокладывает карту, измеряет температуру и силу ветра, ориентируется по компасу. На днях я побывал на оставленной метеорологической станции, самое безмятежное место за прошедший год, по зеленому полю, заставленному погнутыми флюгерами катился ветер. Я расскажу как-нибудь об этом, но не сейчас. Ибо: время приключений.
  14. По неизведанным дорожкам

    Дача это святое )))